Обратиться ?Вопрос-ответ

Кира Никитина: "Приют — это их дом"

Поделиться:
Распечатать

Как в Петербурге помогают бездомным собакам.
 
К сожалению, на улицах нашего города находится ещё не мало безнадзорных животных, точные цифры никто не знает. Мы все с ними сталкивались, кто-то пытается их покормить, пристроить. У многих есть желание остановиться, помочь, но не у всех есть возможность — и вот тут люди вспоминают, что у нас в городе есть приюты для животных, что существуют люди, которые занимаются этим профессионально. О том, как функционируют приюты, рассказывает Кира Анатольевна Никитина — президент благотворительного фонда «Помощь бездомным собакам».

— Забота о бездомных животных — очень ответственное занятие, требующее множества сил. Почему Вы решили заняться этим делом на таком серьезном уровне?
- Сейчас, за давностью лет, я уже и не вспомню, с чего все начиналось. Не могу сказать, что была цель спасти всех-всех-всех — в первую очередь, это для себя, чтобы душу успокоить, потому что невозможно было спокойно смотреть на этот кошмар. 20 лет назад, когда я занялась этим, ситуация была куда хуже, животных было больше, а в городе было всего 1 официальный приют. Мне в этом плане повезло, быстро нашлись единомышленники. В 2001 г. мы с Татьяной Шеиной учредили Благотворительный фонд «Помощь бездомным собакам» и появился наш первый приют в Приморском районе.
— Сколько животных сейчас содержится в вашем приюте, и как вы о них заботитесь?
- Приюты — это некоммерческие организации, они существуют на пожертвования неравнодушных людей. Наш «профиль» — взрослые собаки-метисы среднего и выше среднего размера, сейчас их у нас около 700. Кошки у нас с 2011 г., когда администрация Невского района попросила нас помочь в освобождении квартиры от кошек по решению суда. Мы организовали для них своё пространство — «Кошкин дом» — сейчас их у нас около 240. Наш приют расположен в пятиэтажном здании бывшей чулочно-носочной фабрики, площадью 5500 м² (Большой Смоленский пр.д.9). Это здание в нашем распоряжении с 2008 г., и мы создали в нем все условия для комфортного содержания и лечения животных, у нас есть свое медицинское оборудование, специальные зоны для выгула собак, стационар и т.д. Всю информацию о наших нуждах мы публикуем на официальном сайте (priut.ru) и в социальных сетях. Также у нас есть партнерские соглашения с кормовыми компаниями, с ветеринарными клиниками, которые позволяют платить с отсрочкой.
Некоторые считают, что эффективность приюта определяется количеством пристроенных животных за определенный период. Это не совсем так. В нашем приюте много пожилых собак старше 7 лет, есть даже старше 12-14, около 60 животных живут с хроническими болезнями, их сложнее пристроить, чем молодых и здоровых. Пока приют — это их дом, другого у них нет. Сейчас ситуация понемногу меняется, и пожилых животных чаще берут в семью — пусть хотя бы несколько лет у животного будут счастливыми, но с хозяином.
— Приюты постоянно жалуются, что животных много, нет возможности спасти всех. Откуда их столько берется на улице?
- По умолчанию, мы считаем всех уличных животных бывшими домашними, потому что в их появлении так или иначе «замешаны» люди. Животные теряются, их выбрасывают, выставляют на улицу после смерти хозяев, отпускают гулять без присмотра. Опасных ситуаций много. Вы можете, конечно, считать, что ваша собака умная-спокойная и всегда среагирует на ваши команды, но все предугадать невозможно. Порой достаточно внезапного громкого звука, чтобы животное впало в панику и исчезло «за горизонтом». Напуганная собака опасна. Она создает проблемы и для себя, и для окружающих. Собака запросто может убежать так далеко, что не найдет дорогу домой. В нашей стране нет закона об обязательной регистрации животных, следовательно, нет и санкций для владельцев, из-за которых зверье оказывается на улице. Можно хоть весь Петербург застроить приютами, но я не думаю, что ситуация кардинально изменится.
— Городская администрация пытается как-то исправить положение?
- Раньше у нас в городе действовала программа ОСВВ (отлов, стерилизация, вакцинация, возврат) по отношению к безнадзорным животным. Она довольно эффективно работала на протяжении почти 10 лет — например, практически исчезли коробки со щенками, которые до этого часто оставляли на порогах приютов. Но с 1 января 2020 года Комитет по благоустройству Санкт-Петербурга, проводивший конкурсный отбор организаций, которые должны заниматься отловом, от этой работы отказался. А Управление ветеринарии Санкт-Петербурга провело конкурс на выбор организации, занимающейся кастрацией и чипирование безнадзорных собак. Поэтому в городе действует программа кастрации, граждане могут приносить уличных животных — но сначала надо их поймать, и неопытный человек вряд ли справится с этой задачей. Животные продолжают бесконтрольно размножаться, кроме того, некастрированные собаки более агрессивны и чаще сбиваются в стаи. Такими темпами мы рискуем оказаться в «доисторических» для нашего города временах, когда по улицам ходили стаи собак, и люди панически боялись собак вообще.
Я-то понимаю, что отмена ОСВВ в нашем городе — категорически неправильное решение, а вот нашим чиновникам это надо бы объяснить. Этим у нас в городе занимается Общественный совет при Правительстве Санкт-Петербурга по вопросам отношения к домашним животным (с 2007 г.), и я, и Т.А.Шеина в него входим. С объяснением не всегда получается, например мы до сих пор не можем донести до комитета по благоустройству, что в городе должны быть выгулочные площадки для собак. Но кое-что мы уже сделали. Понимаете, мысли, что животных надо вакцинировать и стерилизовать не приходят в голову чиновникам случайно. За этим стоим мы, приюты и благотворительные фонды, мы постоянно пишем письма, стараемся объяснить на своем примере, насколько эффективно массовое проведение таких вещей. Еще два-три года назад все говорили, что никто не одобрит программу стерилизации безнадзорных кошек, а теперь (с 3 августа 2020) она есть. Так что работа идет. Но приюты не только пристраивают животных, у нас есть и просветительские мероприятия, мы проводим «уроки доброты» в школах, объясняем людям, как мы работаем, и как правильно владеть животными.
— С 2010 г. у нас в стране действует Национальная ассоциация организаций помощи животным «Мы вместе», президентом которой является Татьяна Анатольевна Шеина, одна из учредителей Вашего фонда. Кроме обмена опытом и участия в общественных инициативах, какие ещё Вы можете назвать преимущества от объединения приютов в ассоциацию?
- В основном, это распределение обязанностей. Мы все разделены по условиям содержания, степени обученности персонала, типу животных. У одних только малыши — щенки, котята, у других только крупные породы собак, у третьих только кошки. К примеру, если мне позвонят и попросят взять в приют двухмесячного щенка, я откажу, потому что у нас нет для них условий, мы занимаемся взрослыми и пожилыми животными. Щенки требуют больше внимания, их надо социализировать, кормить 4-5 раза в день, часто выходить на улицу, чтобы они потихоньку привыкали к шуму города. Но я обязательно дам такому человеку контакты приютов ассоциации, которые занимаются щенками, чтоб человек не обзванивал всех самостоятельно.
Также благодаря объединению у приютов появилась возможность принимать участие в большом количестве мероприятий. Раньше у нас не всегда получалось быть везде и всюду, - а в нашей работе быть услышанным очень важно. Сейчас какой-либо приют может представлять интересы всей ассоциации, распространять раздаточные материалы членов ассоциации. Мы просто созваниваемся и договариваемся, кто на каком мероприятии будет.
— Что делать, если подобрал бездомное животное? Что происходит, когда животное попадает в приют? 
- В первую очередь, нужно проверить животное на наличие чипа. Если такое животное попадает к нам, мы смотрим доступные базы данных и связываемся с ветеринарными клиниками. Установление связи с владельцами — уже их задача; клиники не имеют права разглашать личные данные клиентов посторонним лицам. Если собака породистая, то на ней по закону должно быть клеймо — по нему можно найти заводчика, и выяснить, кому продали собаку. Сложнее, если животное беспородное и не имеет никаких отметок. Тогда мы фотографируем животное и, как и все, выкладываем информацию на сайте, отправляем в группы, которые занимаются поиском животных — может быть, оно просто потерялось, и хозяин скоро найдется.
Бывают абсурдные ситуации — к нам приходят по 3-4 разных человека, и каждый утверждает, что это его животное. И показывают мутную фотографию на смартфоне, где собака сидит на диване, ничего нельзя сказать о том, кем и когда сделано фото. В таких случаях мы просим дополнительные фото, спрашиваем об особых приметах. Вопреки распространенному стереотипу, животные не всегда узнают своих хозяев, в состоянии возбуждения или стресса, они реагируют на всех примерно одинаково. Если бы все животные были чипированы, с этим было бы проще.
Иногда случается, что хозяин объявляется и отказывается от животного в нашу пользу. Тогда мы заводим личную карточку, куда вносятся данные о вакцинации, стерилизации, физическом состоянии, причинах поступления животного в приют. Если это собака, то с ней сначала занимаются кинологи, чтобы подобрать ей товарищей на время обитания в приюте и составить психологическую характеристику, на основании которой животным подбирают хозяев. После чего животные расселяются в вольеры для проживания.
— Что должен знать человек, который собирается взять собаку из приюта?
- Знаете, у людей есть стереотип: «вот, я спасу (?!) животное из приюта, оно меня будет за это любить, и все будет у нас хорошо». Но животное-то не знает, что его спасают. Если человек подобрал животное на улице, оно будет благодарно за крышу над головой и еду. В нашей ситуации в роли спасителей выступают сотрудники приюта - животное благодарно им. Но ему потребуется время, чтобы привыкнуть к постороннему человеку. Здесь как на сайте знакомств — мы составляем характеристику собаки с помощью кинологов, человек заполняет анкету потенциального владельца, и мы уже дальше подбираем ему «идеальную пару».
Процесс передачи животного занимает время: человек знакомится с собакой, узнает, как за ней правильно ухаживать, всё это происходит под наблюдением кинолога, который может вовремя скорректировать проблемы поведения и дрессировки. Потенциальный владелец должен четко представлять, сможет ли он уделять животному достаточно времени. Конечно, если человек передумает, поймет, что не справляется, и захочет вернуть собаку в приют, мы возьмем её обратно — но животному-то зачем такой стресс? Отсюда возникают ограничения: если человек работает по 10 часов в день, если в семье есть дети до 5 лет – мы отказываем. Я сама мать двоих детей и считаю, что в первую очередь мать должна заниматься ребенком, а не собакой, полноценно совмещать эти вещи бывает трудно. Если пожилой человек хочет взять собаку, мы обязательно стараемся выяснить, есть ли родственники, будет ли кому присмотреть за животным, если с хозяином что-то случится. Собаку тоже подбираем соответственно, чтобы была спокойная, взрослая.
— Кира Анатольевна, ваш приют как-то отслеживает судьбу питомцев, после того как они нашли хозяина?
- Конечно, мы всегда рады приветам из дома, фотографиям, видео. Это самый прямой показатель нашей эффективности — счастливые собаки, у которых есть дом, счастливые люди, у которых есть друг. Мы не занимаемся кураторством специально, нам бы уследить за теми животными, что у нас уже есть. Но если звонят люди, в особенности пожилые, когда с животным что-то случилось, мы, конечно, стараемся помочь хотя бы советом. Это нормальное человеческое отношение. И люди и животные его заслуживают.
 
Беседовала Ника Пичугина